Поздним вечером 29 мая (9 июня) 1737 года, около 11 часов ночи, Москва столкнулась с одной из самых разрушительных катастроф в своей истории. Огонь, вспыхнувший в центральной части города, быстро перекинулся на оборонительные сооружения и уничтожил даже Кремль.
Поскольку трагедия произошла в день христианского праздника Святой Троицы, в народе этот грандиозный пожар окрестили Троицким.
Согласно народному преданию, очаг возгорания находился за Боровицким мостом в усадьбе Милославских. Виновницей несчастья посчитали вдову солдата, которая зажгла и оставила без присмотра грошовую свечу перед домашней иконой. Именно этот случай подарил русскому языку знаменитую крылатую фразу: «Москва сгорела от копеечной свечки».
Стремительному распространению пламени способствовали затяжная засуха и шквалистый ветер. Последствия оказались колоссальными:
Уничтожено свыше 2,5 тысяч жилых дворов;
Дотла сгорели 486 торговых лавок;
Разрушены десятки православных храмов.
Главной культурной потерей Троицкого пожара стал знаменитый Царь-колокол. Великан весом около 200 тонн был отливкой всего двухлетней давности и все еще покоился в глубокой литейной яме под деревянным навесом. Из-за пожара от колокола откололся гигантский фрагмент весом в 700 пудов (около 11,5 тонны).
Историки до сих пор спорят о точных причинах повреждения, выделяя две основные версии:
[Пожар 1737 года в Кремле]
│
┌────────────────┴────────────────┐
▼ ▼
[Версия 1: Механическая] [Версия 2: Термическая]
Рухнувшие горящие бревна Раскаленный металл треснул,
навеса отбили кусок при падении. когда его начали заливать водой.
В бушующем пламени пострадали и другие достопримечательности: например, сгорели старинные куранты на Спасской башне, которые к тому моменту и без того требовали серьезного ремонта.
Несмотря на колоссальный масштаб разрушений, большинство горожан успели эвакуироваться — стихия унесла жизни 94 человек.
Императрица Анна Иоанновна оперативно издала указ, повелевающий восстановить все разрушенные соборы и дворцовые постройки за счет государственных средств. Однако масштаб разрушений был настолько велик, что даже спустя годы, уже в эпоху правления Елизаветы Петровны, Кремль все еще хранил на себе явные и мрачные следы Троицкого пожара.